Видео и фото

Как здорово мы плохо жили

Как здорово мы плохо жили

Как здорово мы плохо жили

Как хорошо мы плохо жили, прикуривая на ветру Эту статью могут комментировать только участники сообщества. Вы можете вступить в сообщество одним кликом по кнопке справа. Как хорошо мы плохо жили, Он не дожил трех месяцев до своего двадцатисемилетия. Утром 7 мая 2001 года Борис Рыжий покончил с собой, затянув петлю, привязанную к дверной ручке его екатеринбургской комнаты.  Его любили, им восхищались. Он добился самого вожделенного для стихотворца - внимания тех, чьи стихи были ему дороги, а мнения важны. Он был на гребне успеха. После дебютов в екатеринбургской печати и питерской "Звезде" (в 1997-м) появились большие публикации в "Urbi", "Знамени", "Арионе"... В престижной поэтической серии "Автограф" вышел его сборник (И всё такое...: Стихотворения. СПб.: Пушкинский фонд, 2000). О нем заговорили журнальные критики. Жюри "Антибукера" отметило его поощрительным призом. В июне 2000 года - немалая для русского поэта удача - его принимали в Роттердаме, на ежегодном поэтическом фестивале, освящённом именем Бродского. Но за всем этим внешним, анкетным благополучием и преуспеянием роился тот психомахический "страшный мир" - мир душевных междуусобиц и смертельных разладов, который Борис Рыжий с такой настойчивостью воссоздавал и пересоздавал в стихах: и водку пьют в тени акаций... тыщу лет на ментов и воров... Европеец и не поймет: как ни странно, Борис Рыжий любил этот несчастный и страшный мир. Этот мир был частью его души. Борис жил в нем, "пользуясь свободами / на смерть, на осень и на слезы": я навеки прощаюсь с тобой. Ни к чему разговоры о вечности, а точнее - о том, чего нет... что не может вместиться в душе. Слишком много всего не вмещается. Все хорошие стихи - по существу об одном и том же: о любви и смерти. "Радость-Страданье одно!" Потому, вероятно, и кажется, что поэт накликает ими беду, репетирует в них свой уход - свой трагический выход. Теперь, после его гибели, многие строки Бориса обретают пророческий смысл, наполняются сумеречной угрозой, предвосхищают тот последний майский рассвет. Наверное никто (кроме Иннокентия Анненского) не написал по-русски столько щемящих строк о похоронах и похоронной музыке, как Борис: Для Бориса Рыжего эта уходящая слезная музыка была сродни той, что рождалась под шариком его авторучки, жила в его строфах. Так он и понимал предназначение поэта: поэт - бухой лабух на похоронах дольнего мира, уличный музыкант в его ночной метафизической подворотне: спи, ни о чем не беспокойся, Он и любил подлинную, неигрушечную поэзию (ту, которая убивает, - но чего стоила бы жизнь без нее!) - Пушкина и Блока, Анненского и Мандельштама, Георгия Иванова и Набокова, Бродского... Вообще круг его поэтических интересов был на зависть широк - ему нравились Багрицкий, Слуцкий и Штейнберг, он благоговел перед Кушнером и Рейном, знал и ценил стихи Сопровского и Гандлевского... Да надо ль перечислять!.. Между прочим, он очень почитал Батюшкова, а о батюшковском стихотворении "К другу" писал в частном письме, что не мог бы "без него жить". (Как не вспомнить оттуда: "На крыльях радости летим к своим друзьям - / И что ж? их урны обнимаем".) Батюшков был для него таким же телесным и ощутимым, как друзья и возлюбленные, - и с ним он тоже успел попрощаться, удачно и по-хорошему сконтаминировав мандельштамовское "Батюшков нежный" с блоковским "веселое имя Пушкин": и в стране прекращалась работа. Грузины В неделю раз умирали генсеки... и мне исполнилось десять лет. Он совсем не таков, каким может показаться неискушённому или невнимательному читателю. Многие сегодняшние поклонники его таланта не способны расслышать высокие регистры его голоса, различить тонкие модуляции этой поэзии - они довольствуются её поверхностным слоем, звучанием "блатной музыки" или "есенинской ноты"... Не припоминаю, кстати, чтобы Борис говорил что-либо о Есенине (а, по-моему, лишь о стихах он и говорил - о чем же ещё?) - разве что высказывал справедливую мысль: всё лучшее в Есенине - от Блока, а раз так - вернёмся к первоисточнику... Разумеется, хулиганский жаргон и приблатнённый лирический герой Рыжего - не просто модный "прикид"; что-то такое, конечно, было в составе его крови, в "свалке памяти", в психике, расщепленной выморочным советским отрочеством. Только экзистенциальная бездна, раскрывающаяся за лучшими стихотворениями Бориса, - иного качества и размаха, иного масштаба: не та, что сквозит в тоскливой зэковской песенке, а та, что разверста для нас Державиным. ...Не гляди на меня виновато, Пожалуй, нужно сказать так: главная особенность поэзии Бориса Рыжего, "новый трепет", преподанный им, состоит в том, что он подводит к этой - высокой и полной звёзд - бездне тех, кто без него её никогда б для себя не открыл, - рассказывает им о ней как бы на их языке: прочитай стихи о самом лучшем, всех на свете бардов перепев. Впрочем, и сам Борис любил создавать невероятные и подчас опасные мифы о себе и своих приятелях (человек он был не ангельского характера – хотя кто же их, ангелов, знает?). Многие этим мифам верили. Одно оказалось не из области мифологии - ранимость измучившейся души и способность совершить решительный роковой поступок. И вроде не было войны, твое в лучах такой весны, И вроде трубы не играли, Это написано в марте 2001-го - после самоубийства близкого друга. Не смею судить наверняка, но, по-моему, речь здесь идет не только о конкретной трагедии, а о всеобщих "рыданиях" и всеобщих "протезах", переполняющих этот мир. Немотивированного, "первородного" стыда жизни Борис не смог вынести. Друзей он нежно любил. Только ведь у поэта ничего нет, кроме стихов, чтоб свою любовь выказать (у других нет и этого; все мы, как сказал Шопенгауэр, - дикобразы)... Хотя нет, есть у поэта еще одна вещь - жизнь, и ею он может распорядиться... Свой бездонный ужас он захотел разделить с нами.  Давно - лет в двадцать, наверное, - Борис Рыжий написал стихотворение:    с девочками - возможно ль иначе? - выбрался я подышать на крыльцо,    с веточки снял светлячка, по дорожке    к стеклам горячие щеки прижали,

Без картинок и смайлов общались, мы не чатились, а встречались, мы не трахались, а любили,как же здОрово плохо мы жили!? Заходи и общайся — скучно не будет! ну да, ну да. только в 70-х годах за молочкой в 5 утра в очередь (и это на Кубани), сахар по голубеньким талонам, сливочное масло и сметана в определённых пропорциях, про гречку только диабетикам, детские колготки мне присылали из Риги, такая мелочь как туалетная бумага гирляндой из столицы привозили, апельсины и мандарины только на новый год. Здорово мы жили, хоть и не "трахались". Зато это исправно с нами делала КПСС!

Как хорошо мы плохо жили!" - здорово, Константин! Мне всё стихотворение очень понравилось! Маленькое, а ёмкое! И в тему! Только сегодня выставила своё стихотворение на конкурс. Вижу, что я не один так думаю. Мне кажется, мы принадлежим к тому большинству, которое в результате развала Союза потеряло больше, чем приобрело. А потери известны, и они большие. Не осуждаю, как некоторые на сайте, тех, кто уехал в другие страны в поисках лучшей доли, положение в стране заставило. Другое дело- малая часть людей,  которая урвала у страны и у нас огромные деньги и разместила их в зарубежных банках, приобрела недвижимость за границей. Если СССР и отставал в некоторых технологиях (в основном, потребительских товаров), то их можно и нужно было с умом закупить за ресурсы (нефть, газ, лес и др.). А "ударились в покупку готовых вещей и дозволенное Ельциным и продолжающееся поныне воровство. Так и не так, с подвигами и с ошибками - другой жизни у нас уже не будет. Читая конкурсные работы, часто удивлялась, а как же - "не отрекаются любя", а строчки Гимна страны " Предками данная мудрость народная!Славься, страна! Мы гордимся тобой!" (и это уже в новой, "современной" редакции). Как мы жили! А "что такое хорошо и что такое плохо" - мы усвоили ещё с детства. Как жили мы! Как впопыхах, какие песни мы сложили о поразительных делах!